Yogaverse
  • Главная
  • ПРАКТИКА
    • Конструктор последовательностей
    • Учить асаны
    • Метроном для пранаямы
    • Медитация
    • Йога для глаз
  • БИБЛИОТЕКА
    • Каталог асан
    • Техники пранаямы
    • Мудры
    • Словарь терминов
    • Философия йоги
    • Статьи
  • МОЙ ПУТЬ
    • Дневник практики
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНО
    • Об авторе
    • Поддержать проект
  1. Литература/
  2. Бхагавад-гита/
  3. Йога знания (Санкхья-йога)

Йога знания

Санкхья-йога
Арджуна просит Кришну стать его учителем. Кришна объясняет, что подлинное Я вечно и не умирает со смертью тела, напоминает Арджуне о его долге воина и впервые излагает принцип действия без привязанности к плодам. Глава завершается описанием мудреца с устойчивым умом. Вторую главу часто называют кратким изложением всей Гиты.
2.1
Ему, охваченному состраданием, с глазами, полными слёз, удручённому, Мадхусудана сказал такие слова.
2.2
Откуда в этот трудный час пришла к тебе эта слабость, недостойная благородного, не ведущая к небу и приносящая бесчестье, Арджуна?
2.3
Не поддавайся бессилию, сын Притхи, оно тебе не к лицу. Отбрось жалкую слабость сердца и восстань, о покоритель врагов!
2.4
Как мне в бою стрелять стрелами в Бхишму и Дрону, Мадхусудана? Они достойны почитания, о сокрушитель врагов.
2.5
Лучше жить в этом мире подаянием, чем убивать благородных наставников. Убив их, даже ради своей выгоды, я буду наслаждаться благами, запятнанными кровью.
2.6
Мы не знаем, что для нас лучше — победить или быть побеждёнными. Перед нами стоят сыновья Дхритараштры, убив которых, мы и сами не захотим жить.
2.7
Моя природа поражена изъяном жалости, ум смущён в понимании долга. Я спрашиваю тебя: скажи наверняка, что для меня лучше. Я твой ученик, наставь меня, прибегшего к тебе.
2.8
Я не вижу, что могло бы рассеять эту скорбь, иссушающую мои чувства, даже если бы я обрёл на земле богатое царство без соперников или власть над богами.
2.9
Сказав так Хришикеше, Гудакеша, покоритель врагов, произнёс: «Я не буду сражаться», — и умолк.
2.10
Ему, удручённому между двумя войсками, Хришикеша, словно улыбаясь, сказал такие слова, о потомок Бхараты.
2.11
Ты скорбишь о тех, о ком не следует скорбеть, и при этом говоришь мудрые слова. Мудрые не скорбят ни о живых, ни об ушедших.
2.12
Никогда не было так, чтобы не существовал я, или ты, или эти цари; и никогда в будущем мы все не перестанем существовать.
2.13
Как в этом теле воплощённый проходит детство, юность и старость, так же он переходит и в другое тело. Мудрого это не смущает.
2.14
Соприкосновения чувств с объектами, сын Кунти, рождают холод и жару, удовольствие и боль. Они приходят и уходят, они непостоянны — переноси их терпеливо, потомок Бхараты.
2.15
Того, кого они не тревожат, о лучший из людей, кто равен в радости и страдании и твёрд, — того ждёт бессмертие.
2.16
У несуществующего нет бытия, у существующего нет небытия. Граница между ними ясна видящим истину.
2.17
Знай: то, чем пронизано всё это, неуничтожимо. Никто не может уничтожить это непреходящее.
2.18
Конечны лишь эти тела вечного, неуничтожимого и неизмеримого воплощённого. Поэтому сражайся, потомок Бхараты!
2.19
Кто считает его убийцей и кто думает, что он убит, — оба не знают: он не убивает и не бывает убит.
2.20
Он не рождается и никогда не умирает; он не возник когда-то и не перестанет быть. Нерождённый, вечный, постоянный, древний, он не убит, когда убито тело.
2.21
Кто знает его как неуничтожимое, вечное, нерождённое и неизменное, как может такой человек, сын Притхи, убить кого-либо или заставить убить?
2.22
Как человек, сбросив изношенную одежду, надевает новую, так и воплощённый, оставив изношенные тела, входит в другие, новые.
2.23
Его не рассекает оружие, не сжигает огонь, не мочит вода, не иссушает ветер.
2.24
Он нерассекаем, несжигаем, неувлажняем и неиссушаем. Он вечен, всепроникающ, устойчив, неподвижен и извечен.
2.25
Его называют непроявленным, немыслимым, неизменным. Поэтому, зная его таким, ты не должен скорбеть.
2.26
Но даже если ты считаешь, что он постоянно рождается и постоянно умирает, — и тогда, могучерукий, тебе не следует скорбеть.
2.27
Ведь для рождённого смерть неизбежна, а для умершего неизбежно рождение. Поэтому не скорби о неизбежном.
2.28
Существа непроявлены в начале, проявлены в середине и снова непроявлены в конце, потомок Бхараты. О чём же тут скорбеть?
2.29
Один видит его как чудо, другой говорит о нём как о чуде, третий слышит о нём как о чуде, но и услышав, никто его не знает.
2.30
Воплощённый в теле каждого вечно неуязвим, потомок Бхараты. Поэтому тебе не следует скорбеть ни о каком существе.
2.31
И с точки зрения собственного долга тебе не следует колебаться. Для кшатрия нет ничего лучше, чем праведная битва.
2.32
Счастливы кшатрии, сын Притхи, которым выпадает такая битва, пришедшая сама собой, — открытые врата в небо.
2.33
Если же ты не вступишь в эту праведную битву, то, отказавшись от своего долга и славы, навлечёшь на себя грех.
2.34
Люди будут вечно говорить о твоём бесчестье, а для уважаемого человека бесчестье хуже смерти.
2.35
Великие воины решат, что ты бежал с поля боя из страха, и те, кто высоко ценил тебя, станут ценить тебя низко.
2.36
Враги будут говорить о тебе много недостойного, насмехаясь над твоей силой. Что может быть мучительнее?
2.37
Убитый, ты обретёшь небо; победив, будешь наслаждаться землёй. Поэтому восстань, сын Кунти, решившись сражаться!
2.38
Приняв как равные удовольствие и боль, приобретение и потерю, победу и поражение, — готовься к битве. Так ты не навлечёшь на себя греха.
2.39
Это знание было изложено тебе с точки зрения санкхьи. Теперь услышь его с точки зрения йоги. Соединившись с этим пониманием, сын Притхи, ты сбросишь оковы кармы.
2.40
На этом пути не пропадает ни одно усилие и нет вредных последствий. Даже малая доля этой дхармы спасает от великого страха.
2.41
Решительный ум здесь един, сын Куру, а умы нерешительных многоветвисты и бесконечны.
2.42
Неразумные, увлечённые словами Вед, говорят цветистые речи, утверждая, сын Притхи, что нет ничего иного.
2.43
Полные желаний, стремящиеся к небу, они предлагают многочисленные обряды ради рождения, наслаждений и власти, приносящие плоды в виде действий.
2.44
У тех, кто привязан к наслаждениям и власти и чей ум увлечён такими речами, не возникает решительного понимания, сосредоточенного в самадхи.
2.45
Веды имеют дело с тремя гунами. Стань свободным от трёх гун, Арджуна, — свободным от двойственностей, всегда пребывающим в чистоте, не заботящимся о приобретении и сохранении, владеющим собой.
2.46
Сколько пользы в колодце, когда всё залито водой, столько пользы во всех Ведах для познавшего брахмана.
2.47
Твоё право — лишь в действии, но никогда — в его плодах. Пусть не плоды действия движут тобой, но и к бездействию не привязывайся.
2.48
Пребывая в йоге, совершай действия, отказавшись от привязанности, Дхананджая, оставаясь ровным в успехе и неудаче. Такая ровность и называется йогой.
2.49
Действие ради плодов намного ниже йоги разумения, Дхананджая. Ищи прибежища в разумении. Жалки те, кем движут плоды.
2.50
Соединённый с разумением ещё здесь оставляет и доброе, и дурное деяние. Поэтому предайся йоге: йога — это искусство в действиях.
2.51
Мудрые, соединённые с разумением, отказавшись от плодов действий, освобождаются от уз рождения и достигают состояния без страданий.
2.52
Когда твой ум пересечёт чащу заблуждения, тогда ты станешь равнодушен к тому, что уже слышал и что ещё услышишь.
2.53
Когда твой ум, смущённый услышанным, станет неподвижным и устойчивым в самадхи, тогда ты достигнешь йоги.
2.54
Каковы признаки того, чья мудрость устойчива и кто пребывает в самадхи, Кешава? Как говорит, как сидит, как ходит человек с устойчивым умом?
2.55
Когда человек оставляет все желания ума, сын Притхи, и довольствуется собой в самом себе, тогда его называют человеком устойчивой мудрости.
2.56
Тот, чей ум не тревожат несчастья, кто не жаждет удовольствий, кто свободен от страсти, страха и гнева, — тот мудрец с устойчивым умом.
2.57
Кто ни к чему не привязан, кто, встречая хорошее или плохое, не радуется и не ненавидит, — у того мудрость устойчива.
2.58
Когда он отводит чувства от их объектов, как черепаха втягивает члены, его мудрость устойчива.
2.59
У воплощённого, который воздерживается от пищи [для чувств], объекты отступают, но вкус к ним остаётся. Узрев высшее, он освобождается и от вкуса.
2.60
Бурные чувства, сын Кунти, насильно увлекают ум даже стремящегося мудрого человека.
2.61
Обуздав их все, пусть он сидит, сосредоточенный, обращённый ко мне. Ведь у того, чьи чувства подвластны, мудрость устойчива.
2.62
Когда человек думает об объектах, возникает привязанность к ним; из привязанности рождается желание, из желания — гнев.
2.63
Из гнева — заблуждение, из заблуждения — помрачение памяти, из помрачения памяти — гибель разума, а с гибелью разума человек гибнет.
2.64
Но тот, кто владеет собой и движется среди объектов чувствами, подвластными ему, свободными от влечения и отвращения, обретает ясность.
2.65
В ясности уничтожаются все его страдания. У того, чьё сердце ясно, разум скоро становится устойчивым.
2.66
У несобранного нет разумения, у несобранного нет созерцания; у не созерцающего нет покоя, а у не знающего покоя откуда счастье?
2.67
Ибо ум, который следует за блуждающими чувствами, уносит его разумение, как ветер уносит лодку на воде.
2.68
Поэтому, могучерукий, у того, чьи чувства полностью отведены от объектов, мудрость устойчива.
2.69
То, что для всех существ ночь, для владеющего собой — бодрствование; а то, в чём бодрствуют существа, — ночь для видящего мудреца.
2.70
Как воды входят в океан, который полон и неподвижен, так и тот, в кого входят все желания, обретает покой, но не тот, кто жаждет желаемого.
2.71
Человек, который оставил все желания и движется без жажды, без чувства «моё» и без самомнения, достигает покоя.
2.72
Таково состояние брахмана, сын Притхи. Достигнув его, человек не впадает в заблуждение. Пребывая в нём даже в час смерти, он достигает нирваны в брахмане.