Об абсолютном освобождении

Высшее бесстрастие — это свобода от жажды даже к гунам, [приходящая] из постижения пуруши.

При прекращении и его — вследствие прекращения всего — [наступает] самадхи без семени.

Чувство «я» — это словно отождествление силы видящего с силой видения.

С исчезновением его исчезает и соединение; это устранение и есть освобождённость видящего.

Средство устранения — непрерывное различающее знание.

У него мудрость высшей ступени — семичастная.

Благодаря выполнению частей йоги, по мере исчезновения нечистоты, свет знания [разгорается] вплоть до различающего знания.

У того, кто постиг лишь различие саттвы и пуруши, — владычество над всеми состояниями и всеведение.

Из бесстрастия даже к этому, при уничтожении семени изъянов, — освобождение.

Из самьямы на мгновении и их последовательности — знание, рождённое различением.

Отсюда — различение двух сходных [предметов], которые не различимы по роду, признаку и месту.

Знание, рождённое различением, — спасительное, охватывающее все предметы во всех их состояниях и одновременное.

Когда чистота саттвы и пуруши сравнялась, — освобождение.

У того, кто видит различие, прекращается созерцание себя [в уме].

Тогда ум склоняется к различению и тяготеет к освобождению.

Отсюда — прекращение омрачений и кармы.

Тогда, из-за бесконечности знания, освобождённого от всех покровов и нечистот, познаваемое [кажется] малым.

Затем у гун, исполнивших своё назначение, завершается последовательность преобразований.

Последовательность — это соотнесённость с мгновениями, постигаемая в конце преобразования.

Освобождение — это обратное растворение гун, лишённых цели для пуруши, или утверждённость силы сознания в собственной природе. Таков конец.